Первая панацея

В ноябре 2002 г., когда новый член Совета управляющих Федерального резерва Бенджамен Бернанке высказался об опасности дефляции по японскому образцу, он не столько предложил инфляцию, сколько пообещал ее. Финансовая пресса, наконец, подняла вопрос о японском примере. Теперь руководителям Федерального резерва рутинно задавали вопрос: «Ладно, а как получилось, что японцы не сумели избежать дефляции? И как Федеральный резерв собирается достичь лучших результатов, чем японский центральный банк?»

Бернанке не стал дожидаться этого вопроса. Японцы смогли бы избежать приступа дефляции, если бы запланировали более высокую инфляцию, заявил он.

«Можете об этом не беспокоиться. Если даже мы дойдем до нулевых ставок [реальные ставки процента уже были ниже нуля]», - сказал управляющий Федерального резерва, у центрального банка будут и другие возможности. Печатать деньги, к примеру. «Вливание достаточного количества денег всегда останавливает дефляцию», - сказал Бернанке.

«В 1930-х, - продолжил он, - Рузвельт покончил с дефляцией, девальвировав доллар на 40% по отношению к золоту». Он мог бы добавить, что дефляция прекратилась после того, как самая ужасная в истории Америки депрессия заставила закрыться 10 000 банков и оставила без работы каждого четвертого.

Так ли уж утешительно знать, что Федеральный резерв может победить дефляцию, разрушив доллар и экономику? Бернанке продолжил: «Не существует никаких определенных пределов того, сколько [всех видов денег] мы можем в случае необходимости закачать в систему».

Технически это бесспорно, потому что Федеральный резерв всегда может послать флотилию вертолетов, чтобы перебросить 100-долларовые купюры на Уолл-стрит, но как вариант кредитно-денежной политики печатание денег имеет свои недостатки.

Деньги прежде всего должны быть ценными, для чего нужно, чтобы их количество было ограничено. Но эта проблема касается всех управляемых валют. Центральные банки всегда могут напечатать их сколько нужно, но они никогда не напечатают их слишком много, чтобы не разрушить иллюзию редкости денег.

«То, что США должны иностранным странам, они платят, по крайней мере частично, - заметил Шарль де Голль в 1965 г., ровно за 37 лет до Гринспена и Бернанке, - долларами, которые они просто печатают, когда это им нужно».

Де Голль был первым в очереди к «золотому окну» Федерального резерва, где он обменял свои доллары на золото и тем самым разрушил мировую валютную систему. После этого Никсон с грохотом закрыл золотое окно, и цена золота начала расти (на 30% в год в период с 1968 г. до января 1980 г., превзойдя доходность акций в любой 12-летний период в истории).

«Золотые жучки» пришли в такое возбуждение, что покупали даже когда золото поднялось до 800 долл., и потом 22 года жалели об этом. Но в 2002 г., когда цена золота осторожно пошла вверх, у «золотых жучков» было меньше денег и больше здравого смысла. Но хотя золотого окна уже нет, новые де Голли этого мира имеют возможность на открытом рынке обменять свои доллары на золото. Гринспен и Бернанке заставили их задуматься об этом.

Так что вообразите изумление всего мира, когда один из управляющих Федерального резерва, Бен Бернанке объявил, что Федеральный резерв обеспечит почти неограниченную эмиссию новых долларов, если сочтет, что это нужно для преодоления дефляции. Дэннис Гартман сказал, что выступление Бернанке было «самой важной речью о Федеральном резерве и кредитно-денежной политике после объяснения, прозвучавшего из отеля Plaza пятнадцать лет назад».

Бернанке сообщил миру, в том числе иностранцам, владеющим американскими активами стоимостью 9 трлн долл., что Федеральный резерв не допустит повышения покупательной способности доллара. Каким образом? Инфлировав его настолько, насколько потребует ситуация. Он сказал, что практически «нет пределов» того, какую инфляцию сможет или захочет организовать Федеральный резерв, чтобы избежать дефляции.

Перейти на страницу: 1 2

Поиск
Разделы