Экономический цикл и центральный банк

Ожидания, сопровождавшие учреждение Федерального резерва, были чрезвычайно оптимистическими. Считалось, что именно центральный банк является средством предотвращения кризисов. Через год после учреждения Федерального резерва в Европе началась война, в которую США вступили в 1917 году. Банковская система США начала масштабное кредитование американских поставок союзникам, прежде всего – продукции сельского хозяйства. В этот период были созданы многие институты государственного вмешательства в экономику. В частности, была учреждена Военно-промышленная корпорация, через которую кредиты распределялись по предприятиям и штатам. Таким образом, с 1913 по 1929 год американцы пребывали в уверенности, что при Федеральном резерве никаких значительных потрясений быть не может. В течение всего этого периода Федеральный резерв осуществлял кредитно-денежную накачку, накапливая потенциал кризиса и откладывая его наступление.

Федеральный резерв внес свой вклад в расширение набора инструментов кредитной экспансии. В первом законе о ФРС было написано, что в исключительных случаях и на ограниченный срок Федеральный резерв имеет право покупать на рынке облигации министерства финансов США. К началу 1920-х годов служащие Федерального резерва обнаружили, что таким образом они могут изменять количество денег в экономике. Это породило иллюзию, будто во власти центрального банка оказался инструмент, позволяющий вовремя «сбрасывать пар» и продлевать экономический подъем до бесконечности. Именно посредством покупки государственных облигаций (этот класс операций центральных банков называется «операции на открытом рынке») в 1927 году в экономику было вброшено более 400 млн. долларов, что означало создание банковской системой «из ничего» (через цепочку кредитов) более 3 млрд. долларов, большая часть которых ушла на рынок акций и отсрочила кризис.

Экономическая наука и журналисты уверяли публику в наступлении «новой эры», в которой нет места кризисам и депрессиям. Ошибочно отождествляя инфляцию и рост розничных цен, популярные экономисты отслеживали динамику ценовых индексов. Так, в блестящих перспективах и гарантированном продолжении процветания уже в 1929 году публику заверяли глава правительственного экономического агентства (National Bureau of Economic Research, NBER) Уэсли Митчелл, самый авторитетный в стране и за рубежом экономист Ирвин Фишер, влиятельный британский экономист Джон Мейнард Кейнс и другие.

Экономисты проглядели то, что период 1920-х гг. был временем особенно быстрого роста производительности труда и технических инноваций. В результате кредитно-денежная инфляция не приводила к росту розничных цен, а цены на землю, недвижимость и акции не входили и не входят в индексы цен, отслеживаемые экономистами и статистиками. Таким образом, индекс потребительских цен оставался стабильным, что приводило экономистов к неверным выводам об отсутствии инфляции.

Между тем, рост цен на землю был вызван продолжившейся после войны практикой государственного субсидирования фермерских хозяйств. Увеличенные, под воздействием высоких цен объемы сельскохозяйственной продукции направлялись на экспорт, обеспеченный американскими кредитами европейским странам. Рост цен на недвижимость и акции приобрел характер спекулятивной горячки уже к 1926 году. В операции с акциями было вовлечено более трети взрослого населения США (Рокфеллер принял решение продать свой портфель после того, как услышал, что мальчики, чистившие его ботинки, обсуждают перспективы железнодорожных компаний). В конце 1928 года Федеральный резерв попытался было притормозить кредитную экспансию, но действовал непоследовательно. Политика дешевого кредита была возобновлена уже летом 1929 года. Спад и Великая депрессия

Перейти на страницу: 1 2 3

Поиск
Разделы